Заменит ли ИИ junior’ов. Мнение разработчиков Meta, Google и Booking.com

Спикеры

Бакытжан Байжекенов, разработчик Meta
Жомарт Садыков, основатель AGI Lab
Аман Утемуратов, senior-разработчик Google
Нарикби Максут, разработчик Booking.com

Конкурентное преимущество Казахстана

Бакытжан. Я хоть и программист, участвую в олимпиадах, но часто принимаю решения, опираясь на чувства. И мне кажется, это и есть наша эра.

Мы, казахи — свободолюбивые. Нас называют агрессивными, но я всегда отвечаю: нет, мы просто умеем постоять за себя, не боимся конфликтов и умеем выстраивать личные границы.

Говорят, что казахи ленивые. Но это не так — мы просто любим оптимизировать процессы и освобождать время для более интересных дел.

Есть выражение: «Әр қазақ — хан». Это про то, что каждый может создавать, экспериментировать и быть свободным в своих проектах.

Сейчас многие говорят о будущем с соло-фаундерами и новыми юникорнами — и, мне кажется, нам это подходит. Я смотрю в будущее с оптимизмом: у нас все будет хорошо.

Развитие ИИ и инноваций в Казахстане

Жомарт. Я не согласен с утверждением, что ИИ заменяет junior-специалистов. На мой взгляд, текущие инструменты усиливают программистов, а не заменяют их. И программисты — одни из последних, кого можно будет заменить.

Если говорить о Казахстане, наша сильная сторона — это талант. У нас много людей, сильных в математике, информатике и других точных науках.

Конкурировать, например, с Китаем в производстве чипов — не наша ниша. Но в инновациях у нас есть шанс: используя талант, мы можем создавать новые решения и участвовать в следующей технологической революции ИИ.

Найм junior’ов и трансформация работы

Аман. В крупных технологических компаниях, таких как Google, работа сильно изменилась с приходом ИИ.

Сейчас компании делают ставку на повышение продуктивности: senior-инженерам дают больше инструментов ИИ, чтобы ускорить разработку в разы.

Из-за этого многие компании начали чаще нанимать senior-специалистов. Однако, несмотря на это, количество вакансий для junior и middle-разработчиков также растет.

Например, в Google был hiring freeze: мы не нанимали новых сотрудников, а перестраивали команды — помогали junior и middle-специалистам расти до senior-уровня.

Когда нагрузка увеличивается, компании временно сокращают найм junior-специалистов, и это влияет на карьерную лестницу.

Сейчас мы снова нанимаем, но требования изменились: если раньше проект делали за два месяца, то теперь — за две недели. Все проходят период адаптации к работе с ИИ.

Советы молодежи

Нарикби. Многие студенты говорят: «Мы не можем устроиться junior’ами — нас заменит ИИ».

Но важно понимать: когда сокращается спрос на одни роли, растет спрос на другие.

Например, сейчас увеличивается нагрузка на тестирование. Кода становится больше, но его качество — ниже, поэтому требуется больше QA-специалистов.

Появляются и новые профессии: prompt-инженеры, AI-инженеры. Количество специалистов не уменьшается — оно трансформируется. Поэтому важно не отставать от трендов.

При этом фундаментальные процессы разработки остаются: цикл создания продукта не исчез, просто стал быстрее и сложнее.

Образование и ИИ

Бакытжан. Мне кажется, нужно переосмыслить все — и образование в том числе.

Мы впервые в истории сталкиваемся с масштабной автоматизацией. Поэтому не стоит просто автоматизировать старые процессы — нужно пересобрать систему заново.

Возникают вопросы: нужны ли нам в привычном виде школы и университеты? Нужно ли работать так, как раньше?

Я считаю, образование должно кардинально измениться, и даже «фундаментальные знания» будут трансформироваться.

Аман. Раньше путь был понятен: университет → знания → работа.

Сейчас все сложнее. Требования выросли, конкуренция усилилась.

Но при этом ИИ дает равные возможности: он ускоряет обучение.

Если раньше на поиск ошибки уходили недели, то сейчас — минуты. Это сокращает путь от junior к senior.

Сегодня стать сильным специалистом можно быстрее, если правильно использовать ИИ.

Циркуляция талантов

Жомарт. Люди всегда будут уезжать и возвращаться — это нормально.

Но наличие сильных компаний в Казахстане повышает шанс, что специалисты будут возвращаться.

Это естественный процесс: кто-то выбирает жизнь за границей, кто-то — дома.

Нарикби. Я хочу, чтобы казахстанцы выходили на глобальный уровень.

В других странах сильные диаспоры формируют мощные профессиональные сообщества. У казахстанцев это пока развито слабее.

Поэтому важно уезжать, набираться опыта и возвращать его обратно.

И при этом — сохранять язык, культуру и развивать образование на казахском.

Digital nomad и свобода

Бакытжан. Мы кочевники по своей природе. Нам сложно оставаться в одном месте.

Если я живу в Германии или Японии, я не перестаю быть казахом.

Поэтому наше главное недооцененное преимущество — это свобода.