$1 миллиард инвестиций и 200 FinTech-компаний: каким станет рынок Узбекистана к 2030 году

Равшанбек Кадыров, возглавляющий Департамент развития финансовых технологий Центрального банка, был одним из тех, кто стоял у истоков этих преобразований: от создания регуляторной «песочницы» до разработки Национальной стратегии развития финансовых технологий до 2030 года.

Мы поговорили с ним о том, что сегодня происходит в финансовом секторе Узбекистана, почему развитие идет столь высокими темпами и какие задачи стране еще предстоит решить.

Равшанбек Кадыров, город — Ташкент, начальник Департамента развития финансовых технологий Центрального банка Республики Узбекистан

Как Узбекистан создал условия для роста FinTech-рынка

В настоящее время население Узбекистана превышает 37,5 миллионов человек. Значительную его часть составляют молодые люди, активно использующие смартфоны, которые долгие годы оставались недостаточно охваченными традиционными банковскими услугами. Это не просто незакрытая потребность — это полноценный рынок.

Когда начали формироваться необходимые правила игры — появились лицензирование электронных денег, регуляторная «песочница», стандарты совместимости цифровых платежей — бизнес получил понятные условия для запуска новых продуктов. Рост числа компаний стал логичным следствием этих изменений, поскольку фундамент для развития уже существовал.

Главная роль Центрального банка заключалась в том, чтобы обеспечить рынку определенность: установить прозрачные правила, создать понятные механизмы взаимодействия и дать четкий сигнал о том, что государство рассматривает FinTech не как эксперимент, а как одно из приоритетных направлений развития экономики.

Ранее наша роль была преимущественно надзорной: мы устанавливали требования, выдавали лицензии и обеспечивали стабильность финансовой системы. Это остается одной из ключевых функций Центрального банка, однако новый мандат добавляет еще одно направление — активное развитие отрасли.

Теперь именно Центральный банк отвечает за разработку Национальной стратегии развития финансовых технологий на 2026-2030 годы, создание Innovation Hub и FinTech Office, а также запуск венчурного фонда объемом $50 миллионов, который будет финансировать FinTech-стартапы на ранних стадиях развития. Кроме того, мы готовим предложения по совершенствованию законодательства в тех случаях, когда результаты работы регуляторной «песочницы» подтверждают возможность безопасного масштабирования новых решений.

Но развитие отрасли — это не только регулирование. Мы считаем своей задачей объединять участников рынка. Центральный банк не может просто ждать, пока рынок сам сформируется. Именно поэтому уже в августе этого года мы совместно с Global Finance and Technology Network проводим первый Silk Road Finance and Technology Forum.

Для нас это возможность показать международным партнерам направление развития страны не через нормативные документы, а через диалог, который мы инициируем. Наша цель — сократить дистанцию между инновациями и их практическим внедрением.

О форуме Silk Road Finance and Technology Forum

Форум пройдет с 24 по 26 августа в Ташкенте сразу на двух площадках — Central Asian Expo Uzbekistan и в Центре исламской цивилизации. Программа построена вокруг пяти ключевых направлений:
— открытый банкинг
— цифровые активы и стейблкоины
— трансграничные платежи
— исламские финансы
— инновации и инвестиции.

Форум организуется Центральным банком совместно с Global Finance and Technology Network, Ant International, Национальным агентством перспективных проектов и Министерством цифровых технологий.

Главная тема форума — Unlocking Central Asia's FinTech Value. В основе концепции лежит идея «аль-джабр» — арабского термина, давшего название алгебре, а также отсылка к великому ученому Аль-Хорезми, который родился на территории современного Узбекистана.

Участники форума смогут рассчитывать на содержательную деловую программу, возможность напрямую общаться с регуляторами и государственными органами, которые действительно принимают решения, а также познакомиться с рынком, который многие международные игроки пока недооценивают.

Как Система мгновенных платежей достигла рекордных объемов

В мае 2026 года через Систему мгновенных платежей в Узбекистане было проведено операций более чем на $12,2 миллиардов, а объем операций через POS-терминалы за первые десять месяцев 2025 года достиг 360 триллионов сумов. Эти результаты стали возможны благодаря многолетнему развитию финансовой инфраструктуры.

Система мгновенных платежей — результат многолетней последовательной работы по развитию финансовой инфраструктуры.

С самого начала мы строили систему на принципах полной совместимости. Это означает, что платежи свободно проходят между банками и платежными организациями без каких-либо технологических барьеров или закрытых экосистем. Это было осознанное политическое решение.

Кроме того, мы заранее инвестировали в развитие стандарта QR-платежей. Постановление, принятое в ноябре 2025 года, предусматривает внедрение единого QR-стандарта, который должен устранить сохраняющуюся фрагментацию между различными поставщиками платежных услуг.

Высокие объемы операций — это следствие того, что созданная инфраструктура заслужила доверие пользователей. Люди изменили свои финансовые привычки не потому, что им об этом сказали, а потому что система оказалась удобной, надежной и стабильно работающей. Показатель в $12,2 миллиардов — это не маркетинговый рекорд. Он отражает фундаментальные изменения в том, как жители Узбекистана ежедневно совершают платежи и переводят деньги.

Почему международные инвесторы выбирают Узбекистан

Инвесторы ищут сочетание факторов, которое редко встречается в одном рынке одновременно: большую потенциальную аудиторию, пока еще невысокий уровень проникновения финансовых услуг, государство, которое не создает препятствий, а, наоборот, способствует развитию отрасли, и достаточно прозрачную регуляторную среду, позволяющую адекватно оценивать риски. Все это сегодня есть в Узбекистане. Кроме того, страна демонстрирует высокие темпы экономического роста. В 2025 году экономика выросла на 24%, а объем денежных переводов из-за рубежа достиг $18,9 миллиардов. При этом значительная часть этих средств по-прежнему проходит через традиционные и достаточно дорогостоящие каналы, что открывает широкие возможности для цифровых финансовых сервисов.

Не менее важен и демографический фактор. Молодое поколение не связано привычками традиционного банковского обслуживания и гораздо быстрее воспринимает новые финансовые технологии.

Общий инвестиционный климат также способствует развитию FinTech. В 2025 году Узбекистан привлек $43,1 миллиардов иностранных инвестиций, что на 24% больше по сравнению с предыдущим годом. На прошедшем недавно Ташкентском международном инвестиционном форуме были подписаны 166 соглашений на ту же сумму — $43,1 миллиардов. Одним из ключевых направлений форума стало развитие Ташкентского международного финансового центра, который, как ожидается, предложит специальные условия для FinTech и зеленого финансирования с применением принципов английского права.

Это важный сигнал для инвесторов: Узбекистан не просто открыт для капитала өө страна создает институциональную среду, которая позволит этот капитал удерживать и эффективно использовать.

К 2030 году мы рассчитываем увеличить совокупный объем прямых иностранных инвестиций в FinTech до $1 миллиарда, а число FinTech-компаний — со 103 до 200.

Как Узбекистан внедряет открытый банкинг, CBDC и цифровые активы

Узбекистан последовательно развивает сразу несколько направлений финансовых технологий — открытый банкинг, цифровой сум — CBDC, цифровые активы и блокчейн-решения для платежей. Такой подход требует четкого распределения приоритетов и поэтапного внедрения. 

Мы не пытаемся запустить все инициативы одновременно. Инфраструктура открытого банкинга, которая обеспечит безопасный обмен данными через API между банками, платежными организациями и FinTech-компаниями, должна заработать к сентябрю 2026 года.

Разработка дорожной карты по внедрению цифрового сума идет по отдельному направлению. Мы внимательно оцениваем, какую роль цифровая валюта центрального банка должна играть наряду с существующими платежными инструментами, а не вместо них.

Что касается стейблкоинов, то совместно с Национальным агентством перспективных проектов мы сейчас определяем условия их тестирования в рамках регуляторной «песочницы» до принятия решений о более широком внедрении. Сама «песочница» и создана именно для того, чтобы новые технологии проходили испытания в контролируемой среде, прежде чем взаимодействовать со всей финансовой системой.

Уверенность нам придает и то, что мы не работаем в изоляции. Мы внимательно изучили опыт Денежно-кредитного управления Сингапура и привлекли международных консультантов к подготовке Национальной стратегии развития финансовых технологий на 2026-2030 годы.

Сильные стороны FinTech-экосистемы Узбекистана

Узбекистан развивает FinTech по собственной модели, делая ставку на масштаб внутреннего рынка, последовательные реформы и активную государственную поддержку.

Казахстан создал впечатляющий международный финансовый центр, и мы с большим уважением относимся к тому, чего удалось добиться МФЦА. Но я не считаю, что между нами идет игра с нулевой суммой.

Главное преимущество Узбекистана — это сочетание масштаба внутреннего рынка и последовательности проводимых реформ. Сегодня население страны превышает 37,5 миллионов человек и продолжает расти.

Если посмотреть на развитие регуляторной «песочницы», которая действует с 2022 года, на высокий уровень интеграции государственных цифровых платформ с частными FinTech-сервисами, на механизмы совместного финансирования стартапов в рамках программы Digital Startup Program, а также на тот факт, что вопросы развития FinTech рассматриваются непосредственно на уровне Президента, а Центральный банк определен главным координатором этой работы, становится очевидно, что речь идет об уровне государственной поддержки, который сложно быстро воспроизвести.

При этом наша задача — вовсе не стать копией Международного финансового центра «Астана». Мы строим сильную внутреннюю финансовую экосистему, которая одновременно будет привлекательной для региональных и международных партнеров. Это разные модели развития, и они предполагают разные стратегические решения.

Что развитие FinTech означает для жителей Узбекистана

За последние годы доступность финансовых услуг существенно выросла, однако говорить о завершении этой работы пока рано. По состоянию на начало 2026 года в стране выпущено почти 70 миллионов банковских карт, а объем цифровых платежей продолжает обновлять рекорды практически каждый квартал. Но наличие банковской карты еще не означает полноценную финансовую вовлеченность. Многие владельцы карт по-прежнему используют их главным образом для снятия наличных в банкоматах.

Для нас гораздо важнее другой показатель — насколько люди переходят от простого обналичивания средств к активному использованию цифровых финансовых сервисов: оплате товаров и услуг, переводам, накопительным продуктам, микрокредитованию и другим операциям.

Именно здесь FinTech способен сыграть ключевую роль. Он приходит туда, где находятся люди: в мобильные телефоны, в регионы за пределами Ташкента, в те сегменты экономики, которые традиционные банки долгое время практически не охватывали.

Развитие сервисов BNPL, «покупай сейчас — плати потом», встроенного кредитования и агентского банкинга через цифровые платформы — маркетплейсы, микрофинансовые организации и платежные приложения — позволяет охватывать аудиторию, до которой классическая филиальная сеть банков зачастую просто не доходила.

Наша задача как регулятора — обеспечить, чтобы расширение финансовой доступности не происходило в ущерб защите прав потребителей. Для этого необходимы лицензирование, прозрачные требования к раскрытию информации и эффективный надзор за практикой кредитования, особенно когда речь идет о наиболее уязвимых категориях населения.

Каким станет FinTech Узбекистана к 2030 году

К 2030 году мы рассчитываем сформировать зрелую и конкурентоспособную FinTech-экосистему. Мы ожидаем, что в стране будут работать не менее 200 лицензированных FinTech-компаний, полноценно заработает экосистема открытого банкинга, а ежегодно от 15 до 20 узбекских FinTech-стартапов смогут успешно выходить на международные рынки. За пятилетний период совокупный объем иностранных инвестиций в отрасль должен достичь $1 миллиарда.

В Центральном банке начнет полноценно функционировать Innovation Hub, который будет не только сопровождать инновационные проекты, но и реализовывать программы компенсации затрат на обучение, а также обеспечивать понятный путь от тестирования решений в регуляторной «песочнице» до их коммерческого внедрения.

Мы также рассчитываем, что объем активов исламского финансирования, который по последним оценкам составляет около $1,1 миллиарда, увеличится как минимум вдвое по мере формирования полноценной нормативно-правовой базы для исламского банкинга.

Еще одно важное направление — цифровизация денежных переводов. В 2025 году их объем достиг $18,9 миллиардов, и мы ожидаем, что все большая часть этих операций будет осуществляться в цифровом формате. В тех случаях, где это будет допустимо законодательством и не будет противоречить требованиям по защите прав потребителей, противодействию отмыванию доходов и обеспечению финансовой стабильности, будут также изучаться возможности использования цифровых активов и блокчейн-технологий для трансграничных переводов.

В августе этого года в Ташкенте состоится Silk Road Finance and Technology Forum. Именно там эта повестка впервые будет представлена столь широкой международной аудитории — регуляторам, инвесторам и представителям бизнеса из стран Центральной Азии, государств Персидского залива и других регионов мира. 

В конечном итоге наша стратегия направлена не на достижение отдельных количественных показателей. Главная задача — создать финансовый сектор, который будет конкурентоспособным на региональном уровне, обеспечит качественные и доступные финансовые услуги для граждан Узбекистана независимо от уровня их доходов и сможет экспортировать собственные технологии, продукты и экспертизу за пределы страны.